# Проездной билет

Филип Киндред Дик

## * * *

Коротышка медленно проталкивался через толпу людей, заполнивших фойе железнодорожной станции, к окошку кассы. Он устал, и это было видно по тому, как поникли его плечи, и даже по тому, как обвисло его коричневое пальто. Он нетерпеливо ожидал своей очереди.

— Следующий, — выдохнул Эд Джекобсон, продававший билеты.

Коротышка сунул пятидолларовую купюру в окошко.

— Дайте мне проездной билет, старый закончился, — он уставился на часы, висевшие за спиной Джекобсона. — О, господи, неужели уже так поздно?

Джекобсон взял пять долларов.

— О'кэй. Проездной. До какой станции?

— Мэкон Хейтс, — ответил коротышка.

— Мэкон Хейтс, — Джекобсон посмотрел на схему. — Мэкон Хейтс? Такой станции нет.

Лицо коротышки замерло. Он подозрительно взглянул на Эда.

— Это что, такая шутка?

— Мистер, такого места как Мэкон Хейтс не существует. Я не могу продать вам билет, если нет такой станции.

— Что вы хотите сказать? Я там живу!

— Мне все равно. Я продаю билеты уже шесть лет. Такого места нет.

Глаза коротышки выкатились от изумления.

— Но у меня там дом. Я езжу туда каждый вечер. Я…

— Вот, — Джекобсон протянул ему свою схему. — Поищите.

Коротышка схватил схему и стал лихорадочно водить дрожащими пальцами по списку городов.

— Нашли? — спросил Джекобсон, высунув голову в окошко. — Его здесь нет, не так ли?

Коротышка покачал головой. Он был явно потрясен.

— Ничего не понимаю. Чепуха какая-то. Должно быть, что-то не так.

Наверняка, должно быть какое-то…

И вдруг он исчез. Схема упала на бетонный пол. Коротышка пропал — Не успел Эд и глазом моргнуть, как коротышка пропал.

— Святой Дух, — выдохнул он. Рот его бесшумно открывался и закрывался. И только схема осталась лежать на бетонном полу.

Коротышка перестал существовать.

* * *

— И что потом? — спросил Боб Пэйн.

— Я вышел в фойе и подобрал схему.

— Он в самом деле исчез?

— Ну да, исчез, — Джекобсон вытер пот со лба. — Жаль, что вас поблизости не было. Исчез, словно выключили свет. Абсолютно. Без звука.

Без движения.

Пэйн откинулся в кресле и закурил.

— Вы видели его раньше?

— Нет.

— А в какое время дня это произошло?

— Примерно в это же. Около пяти, — Джекобсон направился к окошку кассы. — Сюда идет куча народа.

— Мэкон Хейтс, — Пэйн листал страницы справочника городов округа. — Никакого упоминания ни в одной из книг. Если он вновь появится, я хотел бы поговорить с ним. Пригласите его вовнутрь.

— Конечно. Я больше не хочу иметь с ним никаких дел. Все это противоестественно, — Джекобсон повернулся к окошку. — Я слушаю вас, леди.

Два билета до Льюисбурга и обратно.

Пэйн погасил сигарету и закурил новую.

— Меня не покидает чувство, что я слышал это название раньше, — он встал и медленно подошел к висящей на стене карте. — Но его здесь нет.

— Его здесь нет, потому что нет такого места, — сказал Джекобсон. — Вы думаете, стоя здесь ежедневно и продавая один билет за другим, я не запомнил бы его?

Он снова повернулся к окошку.

— Слушаю вас, сэр.

— Я хотел бы купит проездной до Мэкон Хейтс, — произнес коротышка, нервно поглядывая на часы на стене. — И поскорее.

Джекобсон закрыл глаза. И крепко зажмурился. Когда он снова открыл их, коротышка был на месте.

Маленькое морщинистое лицо. Редеющие волосы. Поношенное, мешковатое пальто.

Джекобсон повернулся и направился к Пэйну. Лицо его побледнело.

— Он снова здесь, — сглотнул он. — Он вернулся.

— Приведите его сюда, — попросил Пэйн. Глаза его заблестели.

Джекобсон кивнул и вернулся к окошку.

— Мистер, не могли бы вы пройти вовнутрь? — он показал на дверь. — Вице-президент фирмы хотел бы с вами немного побеседовать.

Лицо коротышки потемнело.

— Что случилось? — спросил он. — Поезд вот-вот отойдет.

Ворча что-то себе под нос, он толкнул дверь и вошел.

— Никогда прежде такого не было. Становится трудно приобрести проездной билет. Если я опоздаю на поезд, я потребую от вашей компании…

— Присядьте, — произнес Пэйн, показывая на стул, стоящий напротив его письменного стола. — Вы тот джентльмен, который желает приобрести проездной до Мэкон Хейтс?

— А что в этом странного? Что со всеми вами случилось? Почему вы не можете продать мне проездной, как всегда это делали? — коротышка держал себя в руках с видимым усилием. — В декабре прошлого года я и моя жена переехали в Мэкон Хейтс. С тех пор я езжу вашим поездом десять раз в неделю, дважды в день уже шесть месяцев. И каждый месяц я покупаю проездной билет.

Пэйн наклонился к коротышке.

— А каким именно из наших поездов вы ездите, мистер…

— Критчет. Эрнст Критчет. Поездом Б. Вы что не знаете собственного расписания?

— Поездом Б? — Пэйн посмотрел на схему маршрута поезда Б, поводил по ней карандашом.

Никакого Мэкон Хейтс на схеме не было.

— А как долго вы едете? Сколько у вас уходит на дорогу?

— Ровно сорок девять минут, — Критчет посмотрел на часы, — если я когда-нибудь попаду на поезд.

* **

Пэйн тем временем делал подсчеты в уме. Сорок девять минут. Около тридцати миль от города. Он встал и направился к большой карте на стене.

— Что случилось? — спросил Критчет подозрительно.

Пэйн нарисовал на карте окружность радиусом в тридцать миль. Линия прошла по ряду городов, но среди них не было Мэкон Хейтс. А на маршруте следования поезда Б в точке пересечения вообще ничего не было.

— Что это за место, Мэкон Хейтс? — спросил Пэйн. — На ваш взгляд, сколько людей там живет.

— Не знаю. Может быть, пять тысяч. Большую часть времени я провожу в городе. Я работаю бухгалтером в страховом агентстве Брэдшоу.

— Мэкон Хейтс совсем новый городок?

— Это довольно современное место. У нас маленький домик с двумя спальнями, ему не более двух лет, — Критчет беспокойно заерзал. — Ну а как насчет проездного?

— Боюсь, — медленно покачал головой Пэйн, — что не могу продать вам проездной.

— Что? Но почему?

— Наша компания не оказывает услуг Мэкон Хейтс.

— Что вы хотите сказать? — подскочил Критчет.

— Такого места не существует. Посмотрите на карту сами.

Критчет широко раскрыл рот, не в состоянии вымолвить ни слова. Затем он сердито повернулся к карте и уставился на нее.

— Мы оказались в любопытном положении, мистер Критчет, — пробормотал Пэйн, — на карте нет городка Мэкон Хейтс, и в справочнике он не значится.

У нас нет схемы, на которой он был бы нанесен. И мы не можем продать вам до него проездной. Мы не…

Он недоговорил. Критчет исчез. Мгновение назад он был у карты, а в следующий миг исчез. Растаял. Испарился.

— Джекобсон! — заорал Пэйн. — Он исчез!

Глаза Джекобсона округлились. Лоб покрылся испариной.

— Действительно, — пробормотал он.

Пэйн глубоко задумался, глядя на пустое место, где еще секунду назад находился Эрнст Критчет.

— Что-то происходит, — проговорил он сдавленным голосом. — Что-то чертовски странное.

Вдруг он схватил свой плащ и бросился к двери.

— Не оставляйте меня одного, — взмолился Джекобсон.

— Если я тебе понадоблюсь, я у Лоры. Номер ее телефона где-то у меня на столе.

— Сейчас не время для игр с девочками.

Пэйн распахнул дверь в фойе.

— Не думаю, — произнес он мрачно, — что это похоже на игру.

К квартире Лоры Николс Пэйн летел через две ступеньки. Он давил на звонок до тех пор, пока дверь не открылась.

— Боб? — Лора не могла скрыть своего удивления. — Чему я обязана этим…

Пэйн протолкнулся в квартиру.

— Надеюсь, я ничему не помешал.

— Нет, но…

— Грандиозные события. Мне понадобится кой-какая помощь. Я могу на тебя рассчитывать?

— На меня? — Лора закрыла за ним дверь.

В ее со вкусом обставленной квартире царил полумрак. Тяжелые шторы были опущены. И только настольная лампа светилась в дальнем конце мягкого зеленого дивана. Из угла, где стоял проигрыватель, доносилась тихая музыка.

— Наверно, я схожу с ума, — Пэйн шлепнулся на роскошный зеленый диван. — И я хочу это проверить.

— Чем я могу помочь? — Лора медленно подошла к нему. Руки ее были скрещены на груди, в уголке рта дымилась сигарета. Она тряхнула своими длинными волосами, отбрасывая их с глаз. — Что у тебя на уме?

Пэйн одобрительно улыбнулся.

— Ты удивишься. Я хочу, чтобы завтра ты с утра пораньше поехала в центр города и…

— Завтра утром? Ты забыл, что я работаю? А как раз на этой неделе наша контора приступает к новой серии отчетов.

— К черту все это! Возьми отгул на утро. Поезжай в центр города, в центральную библиотеку. Если не сможешь раздобыть информацию там, поезжай в здание суда и начни просматривать старые записи о налогах. Ищи, пока не найдешь.

— Что не найду?

Пэйн закурил.

— Упоминание о месте, называющемся Мэкон Хейтс. Уверен, что слышал это название раньше. Несколько лет назад. Картина ясна? Просмотри старые атласы, старые газеты в читальном зале. Старые журналы. Отчеты. Проекты.

Предложения, адресованные властям округа.

Лора медленно села на подлокотник.

— Ты что шутишь?

— Нет.

— На сколько лет назад?

— Может быть, десять лет, если потребуется.

— О боже! Я…

— Оставайся там, пока не найдешь, — Пэйн резко встал. — Увидимся позже.

— Ты уходишь? Не приглашая меня куда-нибудь пообедать?

— Извини, — Пэйн направился к двери. — Я занят. Действительно очень занят.

— Чем?

— Еду в Мэкон Хейтс.

* * *

За окнами поезда тянулись бесконечные поля, изредка оживляемые строениями ферм. Телефонные столбы уныло темнели на фоне вечернего неба.

Пэйн взглянул на часы. Еще рано. Поезд проезжал небольшой городок.

Пара заправочных станций, несколько ларьков, магазин по продаже телевизоров. Заскрежетали тормоза, и поезд остановился на станции Льюисбург. Несколько мужчин в плащах с вечерними газетами в руках вышли.

Двери захлопнулись, поезд поехал дальше.

Пэйн откинулся на спинку сидения и глубоко задумался. Критчет исчез, когда смотрел на карту. Первый раз он исчез, когда Джекобсон показал ему схему, то есть исчезал, когда ему показывали, что нет такого места как Мэкон Хейтс. Может, в этом и заключается разгадка? Все это было нереальным, как во сне.

Пэйн посмотрел в окно. Он почти приехал туда, если вообще было куда приехать. За окном по-прежнему тянулись нескончаемые поля. Холмы и равнины. Телефонные столбы. Машины, несущиеся по шоссе, казались крошечными искорками, мелькавшими в сумерках. Но никаких признаков Мэкон Хейтс. Монотонно стучали колеса. Пэйн снова посмотрел на часы. Ничего, кроме полей.

Он прошел по вагону и сел рядом с проводником, пожилым человеком с седыми волосами.

— Вы когда-нибудь слышали о городке с названием Мэкон Хейтс? — спросил Пэйн.

— Нет, сэр.

Пэйн достал свое удостоверение.

— Вы уверены, что никогда ничего не слышали о месте с таким названием?

— Абсолютно, мистер Пэйн.

— Как долго вы работаете на этом маршруте?

— Одиннадцать лет, мистер Пэйн.

Пэйн сошел на следующей остановке, в Джексонвиле. Там он пересел на поезд, идущий обратно в город. Солнце уже село. Небо было почти черным.

Пейзаж за окном был едва различим.

Пэйн напрягся, едва дыша. Осталась одна минута. Сорок секунд. Увидит ли он что-нибудь на этот раз? Ровные поля. Унылые телефонные столбы.

Скучный, пустынный пейзаж между двумя городами.

Между? Поезд мчался вперед сквозь темноту. Пэйн, не отрываясь, смотрел в окно. Было ли там что-нибудь? Что-нибудь кроме полей?

Над полями повисло облако светящегося тумана. Однородная масса, растянувшаяся почти на милю. Что это? Дым от тепловоза или с шоссе? От огня? Но непохоже, чтобы какое-нибудь из полей горело.

Вдруг поезд стал замедлять ход. Пэйн мгновенно насторожился. Поезд ехал все медленнее и вот совсем остановился. Тормоза заскрипели, вагоны качнулись, затем наступила тишина.

Сидевший напротив Пэйна мужчина в светлом пальто встал, надел шляпу и быстро направился к двери. Он спрыгнул с поезда на землю. Пэйн зачарованно следил за ним. Мужчина быстро пошел по полю. Он явно направлялся в сторону сероватой дымки. Вдруг он приподнялся над землей. Теперь от поверхности его отделял почти фут. Он повернул направо. Снова приподнялся — теперь уже на три фута. Какое-то мгновение он шел параллельно земле, по-прежнему удаляясь от поезда. Затем шагнул в туманную дымку и пропал.

Пэйн помчался вдоль прохода, но поезд уже набирал скорость. За окнами снова замелькали телефонные столбы. Пэйн заметил проводника, румяного юношу, прислонившегося к стене вагона.

— Послушайте, — резко сказал Пэйн, — что это была за остановка?

— Простите, я не понял, сэр?

— Остановка. Черт возьми, где мы находимся?

— Мы всегда здесь останавливаемся, — проводник не спеша сунул руку в карман и вытащил несколько листков с расписанием. Он просмотрел их и передал один Пэйну. — Поезд Б всегда останавливается в Мэкон Хейтс. Разве вы этого не знали?

— Нет!

— Эта остановка есть в расписании, — юноша снова уткнулся в свой дешевый журнальчик. — Всегда останавливается. Всегда останавливался. И всегда будет останавливаться.

Пэйн уставился в расписание. Все правда. Мэкон Хейтс значился между Джексонвилем и Льюисбургом. Ровно тридцать миль от города.

Облако серого тумана. Огромное облако, быстро приобретающее форму.

Словно, нечто становится реальным. И действительно, нечто становилось реальным.

Мэкон Хейтс!

* * *

На следующее утро он застал Лору в ее квартире. Одетая в черные свободные брюки и бледно-розовый свитер, она сидела у журнального столика.

Перед ней возвышалась кипа бумаг, рядом лежали карандаш и резинка, стоял стакан молока.

— Ну как, что-то разузнала?

— Все в порядке. У меня есть для тебя информация.

— Выкладывай.

— Материала довольно много, — она похлопала по бумагам. — Я обобщила самое главное.

— Давай вкратце.

— Семь лет назад совет округа проголосовал за строительство трех новых пригородных поселков. Мэкон Хейтс — один из них. Это вызвало большие споры. Большинство торговых людей города выступили против. В качестве аргумента выдвигался следующий — туда отойдет слишком большая часть розничной торговли.

— Продолжай.

— Споры длились долго. В конце концов было одобрено создание двух из трех поселков: Вотервиль и Сидер Гровс. Но не Мэкон Хейтс.

— Ясно, — пробормотал Пэйн задумчиво.

— Строительство Мэкон Хейтс отменили. Сошлись на компромиссе: два поселка вместо трех. Эти два поселка были тут же построены. Ты знаешь об этом. Однажды мы проезжали через Вотервиль. Славное место.

— Но не Мэкон Хейтс?

— Да. От строительства Мэкон Хейтс отказались.

— Таковы факты, — Пэйн почесал подбородок.

— Да. — Ты хоть понимаешь, что я потеряла из-за этого свой дневной заработок. Сегодня тебе придется пригласить меня поужинать. Наверно, мне следует подыскать себе другого кавалера. Мне начинает казаться, я напрасно делаю ставку на тебя.

Пэйн кивнул с отсутствующим видом.

— Семь лет назад, — мысль осенила его совершенно внезапно. — Результаты голосования! С каким перевесом голосов было отклонено строительство Мэкон Хейтс!

Лора порылась в бумагах.

— Проект был отклонен с перевесом всего в один голос.

— Один голос. Семь лет назад, — Пэйн направился к выходу. — Спасибо, милая. Теперь все это начинает обретать смысл. Да еще какой смысл!

Сразу же у дома Лоры, он сел в такси, которое доставило его к вокзалу. За окнами машины мелькали улицы, люди, реклама, магазины и другие машины.

Память его не подвела. Он действительно слышал это название раньше.

Семь лет назад. Длительные дебаты относительно предложения о строительстве нового пригородного поселка. Два городка были одобрены, третий отвергнут и забыт. И теперь забытый городок начал становиться реальностью. Теперь, семь лет спустя. Городок и вместе с ним неопределенный срез действительности. Почему? Что-то изменилось в прошлом? Может, в каком-то временном континууме произошли какие-то сдвиги?

Это могло служить объяснением. Перевес при голосовании был слишком незначителен. Строительство Мэкон Хейтс почти одобрили. Может быть, какие-то части прошлого были нестабильны. Может быть, именно тот период, семь лет назад, был критическим. Может быть, он никогда полностью не «проявился»? Странная мысль: прошлое меняется, после того, как оно уже состоялось.

Внезапно глаза Пэйна сузились. Он резко выпрямился. Чуть-чуть впереди по ходу движения, на противоположной стороне улицы, виднелась надпись над маленьким неказистым учреждением. Когда такси подъехало ближе, Пэйн смог рассмотреть:

Страховое агентство Брэдшоу Пэйн вздрогнул. Место работы Критчета. Оно тоже появилось и исчезнет?

Или оно всегда было здесь? Почему-то Пэйн почувствовал себя неуютно.

— Побыстрей, — поторопил он шофера. — Поехали скорее.

Когда поезд замедлил ход у Мэкон Хейтс, Пэйн вскочил на ноги и помчался к двери. Колеса со скрежетом остановились. Пэйн спрыгнул на теплую, посыпанную гравием дорожку и осмотрелся.

В лучах полуденного солнца блестел и искрился Мэкон Хейтс. Ровные ряды домов тянулись во всех направлениях. В центре города возвышался шатер театра.

Даже театр. Пэйн направился по дороге к городу. За железнодорожной станцией находилась стоянка для автомобилей. Он пересек стоянку и пошел по тропинке мимо заправочной станции к главной улице городка. Перед ним находились два ряда магазинов. Магазин по продаже скобяных изделий. Два кафе. Дешевые товары. Современный универмаг.

Пэйн сунул руки в карманы и пошел по улице, разглядывая Мэкон Хейтс.

Вот жилой дом, высокий и солидный. Дворник моет ступеньки парадной лестницы. Все кажется новым и современным. Дома, магазины, тротуар, дорожки. Счетчики на стоянке. Полицейский в коричневой форме выписывает квитанцию на штраф. Деревья, посаженные на одинаковом расстоянии друг от друга. Аккуратно подстриженные и окопанные.

Он прошел мимо большого супермаркета. У входа стояла корзина с фруктами: апельсинами и виноградом. Он отщипнул виноградинку и положил ее в рот. С виноградом все было в порядке, он был настоящим. Огромная черная ягода, сладкая и спелая. И все же двадцать четыре часа назад здесь ничего не было кроме голого поля.

Пэйн вошел в одно из кафе. Он просмотрел пару журналов, затем сел к стойке и заказал у краснощекой официантки чашку кофе.

— Славный городок, — сказал он, когда кофе был подан.

— Да, славный.

— Как давно вы здесь работаете? — поколебавшись спросил он.

— Три месяца.

— Три месяца? — он внимательно посмотрел на пышущую здоровьем невысокую блондинку. — Вы живете здесь, в Мэкон Хейтс?

— Да.

— Давно?

— Года два, — она направилась к молодому солдату, севшему за стойку.

Пэйн не спеша пил кофе и курил, рассеянно поглядывая на людей, проходивших по улице. Обычные люди. Мужчины и женщины, в основном женщины.

Некоторые с хозяйственными сумками и маленькими тележками. Туда-сюда медленно проезжали автомобили. Маленький сонный пригород. Современный, с населением, принадлежащим к среднему классу. Образцовый городок. Никаких трущоб. Маленькие привлекательные домики. Магазины с большими витринами и неоновыми вывесками.

В кафе со смехом и шумом ввалилась компания старших школьников. Две девушки в ярких свитерах сели рядом с Пэйном и заказали сок. Они весело болтали, и часть их разговора долетала до него.

Пэйн глядел на них, глубоко задумавшись. Девушки были настоящими.

Губная помада и красные ногти. Свитера, стопки учебников. Сотни старших школьников, заполняющих кафе.

Пэйн устало потер лоб. Все это казалось невозможным. Может, он сошел с ума? Городок был настоящим. Абсолютно настоящим. Должно быть, он всегда существовал. Целый город не возникает из ничего, из облака серой дымки.

Пять тысяч человек, дома, улицы и магазины.

Магазины. Страховое агентство Брэдшоу.

* * *

Осознание происходящего пронзило его. Внезапно он понял: все это начинает выходить за пределы Мэкон Хейтс. В большой город. Город тоже менялся. Страховое агентство Брэдшоу. Место работы Критчета.

Мэкон Хейтс не мог бы существовать, не меняя сам город. Они были связаны. Пять тысяч человек приехали из города. Их работа. Их жизнь. Это касалось и города. Но в какой степени? В какой степени менялся город?

Пэйн кинул на прилавок четверть доллара и бросился из кафе к железнодорожной станции. Он должен вернуться в город. Лора. Перемены. Она еще там? В безопасности ли его собственная жизнь?

Его охватил страх. Лора, все его сбережения, его планы, надежды, мечты. Вдруг Мэкон Хейтс потерял какое бы то ни было значение. Его собственный мир в смертельной опасности. Сейчас только это было важным. Он должен убедиться, убедиться, что его собственная жизнь еще не исчезла. Не затронута расширяющимся кругом перемен, идущих от Мэкон Хейтс.

— Куда едем, приятель? — спросил шофер, когда Пэйн пулей вылетел с вокзала.

Пэйн дал ему адрес квартиры. Машина влилась в уличный поток. Пэйн нервно крутился на заднем сидении. За окном мелькали улицы и здания.

Чиновники начинали покидать места службы, вываливая на тротуары и образуя толпы на углах.

В какой степени все изменилось? Он сосредоточил свое внимание на ряде зданий. Большой универмаг. Он был здесь раньше? Будка чистильщика обуви.

Никогда ее раньше не замечал. КОНТОРА ПО МЕБЛИРОВКЕ КОМНАТ. Этого он не помнил. Но как узнать наверняка? Им овладело замешательство. Как он может убедиться?

Такси остановилось у жилого дома. Пэйн вышел и осмотрелся по сторонам. В конце квартала владелец магазинчика итальянской кулинарии крепил тент. Был ли он здесь раньше?

Пэйн не мог вспомнить.

А что случилось с большим мясным рынком напротив? Сейчас там находились только маленькие аккуратные домики, довольно старые, казалось, они стоят здесь уже давно. Был ли здесь вообще мясной рынок?

* * *

На следующем квартале загорелась полосатая вывеска парикмахерской.

Может, она была здесь всегда. Может — да, а может — нет. Все каким-то образом сдвигалось. Новое возникало, старое уходило прочь. Прошлое менялось, а память привязана к прошлому. Как он мог доверять своей памяти?

Как он мог знать наверняка?

Ужас охватил его. Лора, его мир…

Пэйн помчался по ступенькам, распахнул дверь подъезда. Вверх по покрытой ковром лестнице на второй этаж. Дверь в квартиру была не заперта.

Он открыл ее и вошел, задыхаясь и молясь про себя.

В гостиной было темно и тихо. Жалюзи наполовину приспущены. Пэйн с диким видом огляделся. Светло-голубой диван, журналы. Низкий дубовый столик. Телевизор. Но комната была пуста.

— Лора! — выкрикнул он.

Лора выбежала из кухни, в ее глазах застыла тревога.

— Боб! Что ты делаешь дома? Что-то случилось?

Пэйн расслабился, почувствовав, как обмяк от облегчения.

— Привет, родная, — он поцеловал ее и крепко прижал к себе. Теплое тело ее было совершенно настоящим. — Ничего, ничего не случилось. Все прекрасно.

— Это действительно так?

— Конечно, — Пэйн дрожащими руками снял пальто и уронил его на спинку дивана. Он побродил по комнате, осматривая вещи. Уверенность потихоньку стала возвращаться к нему. Его старая, ободранная скамеечка для ног. Его стол, где он работает по вечерам. Его удочки, стоящие у стены за книжным шкафом. Большой телевизор, который он купил только в прошлом месяце, он тоже на месте.

Все, чем он владел, было нетронутым, целым, невредимым.

— Обед будет готов не раньше, чем через полчаса, — пробормотала Лора, развязывая передник. — Я не ждала тебя домой так рано. Я возилась по дому.

Вымыла плиту. Какой-то рекламный агент оставил образец нового чистящего средства.

— Ничего страшного, — он осмотрел любимую репродукцию Ренуара, висевшую на стене. — Как управишься, так и ладно. Как хорошо снова увидеть все эти вещи. Я…

Из спальни раздался плач. Лора быстро повернулась.

— Думаю, мы разбудили Джимми.

— Джимми?

— Дорогой, ты что забыл о своем собственном сыне?

— Конечно нет, — раздраженно пробормотал Пэйн.

Он медленно вошел в спальню вслед за Лорой.

— Просто на мгновение все вдруг показалось таким странным, — он нахмурился. — Странным и незнакомым. Словно исчезла резкость.

Они стояли у кроватки и смотрели на малыша. Джимми глядел вверх на отца и мать.

— Должно быть, солнце, — сказала Лора. — Сегодня на улице ужасно жарко.

— Наверно. Теперь все в порядке, — Пэйн наклонился и взглянул на ребенка. Обняв жену, он притянул ее к себе. — Должно быть, солнце, — сказал он, посмотрел в ее глаза и улыбнулся.